Загрузка...
Загрузка...
В Южном окружном военном суде Ростова-на-Дону продолжается рассмотрение уголовного дела в отношении бывшего главы СУ СКР по Волгоградской области Михаила Музраева. Экс-силовику вменяют совершение преступлений, связанных с незаконным оборотом оружия, злоупотреблением должностными полномочиями и террористической деятельностью.
Адвокат Музраева Владимир Семенцов рассказал журналистам информагентства, что сторона защиты продолжает заявлять доказательства и свидетелей. Юрист уточнил, что в заседании появились факты, опровергающие причастность генерала к вменяемым преступлениям.
«Менты денег запросили, сейчас утрясем»
Со слов Семенцова, в прошедших заседаниях выступили свидетели, которые опровергают вину Музраева относительно обвинения в злоупотреблении служебным положением.
— Музраеву в то время позвонил Гулевский (Анатолий Гулевский с апреля 2014 года возглавлял УФСБ РФ по Волгоградской области — Прим. ред.), и настоятельно попросил объявить в международный розыск Виталия Брудного, — рассказал юрист. — Естественно, что Музраев возмутился. Должность Гулевского не позволяла ему что-то указывать следствию. Мой подзащитный настаивал, что искать нужно именно в Волгоградской области. Он потребовал документальное подтверждение словам Гулевского. Ведь, если лицо пересекает границу, то это факт фиксируется. Даже если это оперативная информация, составляется рапорт. Должен быть юридический документ, основание для розыска.
Юрист уточняет, что подобных документов в уголовном деле нет.
— А вот эти устные заявления, ничем не подкрепленные, что Брудный в Англии… В Англию он не выезжал. Сейчас это подтверждается в ходе следствия. Были изъяты телефоны Брудного, — говорит Семенцов. — Он ездил на своей машине, общался с друзьями. Находился при этом только в Волгограде, Москве и Сочи. Никуда за границу не выбирался. Никто его не искал.
Защитник бывшего главы волгоградского следкома уверен, что такой задачи просто не было.
— К примеру, система распознавания автомобильных номеров «Поток». Если бы кнопку нажали, то машину сразу «засветили» в пять минут. По камерам бы увидели, по какой улице ехал. Но эту систему не использовали. Брудный в Москве в одном из ресторанов сделал фото, послал своему другу со словами: «Вот уху ел». Мы сопоставили интерьер, нашли администратора заведения, он нам все подтвердил, что такой-то мужчина действительно находился тогда-то в их ресторане. Дата и время совпадали как раз с тем, когда Гулевский требовал объявить его в розыск.
Семенцов утверждает, что так называемыми поисками занимались оперативные службы ФСБ и МВД.
— Повторюсь, что Брудного почему-то не искали, хотя должны были. Оперативникам ФСБ и МВД поручили вести всероссийский розыск, а сам Брудный в своих переписках так и писал: «Все нормально. Менты денег запросили, сейчас утрясем», — рассказывает юрист.
Ранее в процессе выступил оперативный сотрудник Алексей Трегубов.
— Интересно стало, когда слово дали Алексею Трегубову. Он в свое время занимался розыском Андрея Киценко и Виталия Брудного по делу о покушении на Владимира Поташкина. Музраев тогда инициировал арест этих хлопчиков, а Трегубов, как он сам признался в суде, сфальсифицировал данные о местонахождении Брудного и Киценко. Якобы они находились в ту пору в Англии. То есть он своими действиями сознательно увел их от розыска, когда мой подзащитный настаивал, что искать нужно именно в Волгоградской области.
Как пояснял тогда Семенцов, от Музраева требовали заявить по розыску в Интерпол, когда на самом деле что Киценко, что Брудный спокойно перемещались в пределах Москвы, Рязани и Волгограда, в том числе на собственных автомобилях.
— В суде Трегубов так и не ответил, в чьих интересах он застопорил розыск. Есть такое предположение, что сведения о нахождении Брудного и Киценко за рубежом могли поступить оперативнику от сотрудников ФСБ. Музраева могли сознательно подставить, — рассуждал Семенцов.
«Спустя шесть часов зашли — нашли патроны»
Также Семенцов считает, что обвинение следствия в незаконном обороте оружия в адрес его подзащитного также не выдерживает никакой критики.
— Протокол осмотра, составленный в доме Музраева, является недопустимым доказательством, так как нарушены все статьи УПК, — сообщил Владимир Семенцов. — Не все люди, участвовавшие в проведении обыска были вписаны в протокол. Была нарушена последовательность. Как должно быть — в комнату зашли, описали, зашли, описали. А не так, что спустя шесть часов зашли в комнату, вот тут патроны. Протокол является недопустимым доказательством, а раз его нет, значит, нет и патронов.
По словам защитника Михаила Музраева, ранее в деле выступили супруга и дочь его подзащитного.
— В суде они подтвердили, что обыск в доме Музраева проводился с нарушениями действующего УПК РФ и соответственно все полученные в ходе процессуального действия доказательства считаются недопустимыми. Не все, кто участвовал в обыске, потом попали в протокол, — рассказал Семенцов. — Дочь генерала подтвердила в суде, что без понятых в кабинет отца заходил человек с барсеткой, а после там обнаружили три коробки с патронами. Супруга моего подзащитного детально описала, во что был одет этот человек. Она его хорошо запомнила, так как на нем были брендовые вещи, которые сразу бросались в глаза.
Сам Музраев в своих показаниях, озвученных в ходе прошедших судебных заседаний, сообщил подробности, проходившего в его доме обыска.
— В 05.45 утра я был задержан сотрудниками ФСБ РФ при отъезде от своего дома на служебной автомашине, под управлением своего водителя в больницу № 25 для прохождения назначенных мне медицинских процедур. Сразу же в моем доме следователями и сотрудниками ФСБ был проведен обыск, — пояснил экс-глава СУ СКР по Волгоградской области. — О неожиданном наличии патронов в моем кабинете сообщил сотрудник ФСБ РФ, когда другие участники обыска и я находились совершенно в другом помещении дома. Около 13.00 следователь изъял три коробки с патронами в моем кабинете и больше ничего в кабинете не делал, так как за 5 часов до этого в кабинете уже был проведен обыск и были изъяты документы и предметы, указанные в протоколе обыска под номерами пунктов с № 3 по 13 включительно.
В протоколе обыска зафиксировано заявление Михаила Музраева о подбросе патронов на подоконник в его рабочем кабинете.
«Им запретили являться в суд»
Как утверждает юрист, ему стала известна информация, что некоторым свидетелям, имеющим отношение к властным структурам, негласно запрещено являться в суд по делу Музраева.
— В суде должны были выступить разные люди. Один из вице-губернаторов Волгоградской области, депутаты облдумы, — говорит Семенцов. — Так вот один из, скажем так, государевых мужей по большому секрету рассказал, что им запрещают выступать по этому делу. То они заболевают неожиданно, то резко в командировку отправляются. Ну, что мы можем тут сделать? Это их право, а не обязанность. А ведь их показания могли пролить свет на многие вопросы. Сейчас решается судьба моего подзащитного, а они молчат.
Следующие заседания в Южном окружном военном суде Ростова-на-Дону состоятся 8 и 10 ноября. Со слов Семенцова, у Музраева боевое настроение, он готов и дальше отстаивать свою невиновность.
Экс-руководителю СУ СК России по Волгоградской области грозит до 20 лет лишения свободы. Вместе с Музраевым по делу проходит известный в Волгограде бизнесмен Владимир Зубков. Ему инкриминируют совершение террористического акта в отношении губернатора региона. Подсудимые свою вину не признают.
Фото и коллаж: Южный окружной военный суд / Алексей Костяков ИА «Высота 102»
Источник:https://v102.ru/news/112951.html